Колесо Времени: Пути Узора

Объявление




В игру срочно требуются представители кайриэнской знати, в особенности союзники короля Эмона.
Мужчины-Направляющие на данный момент в игру не принимаются.


Рейтинг форумов Forum-top.ru Волшебный рейтинг игровых сайтов Форролл, рекламные объявления ФРИ, общение админов и мастеров



Создатель
Skype: rochika93

Специалист по связям с общественностью:
Каралин Дайлин
Skype: alenari5

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Колесо Времени: Пути Узора » Музей » Цитатник


Цитатник

Сообщений 1 страница 20 из 23

1

Любимые фразы из отыгрышей, смешные высказывания, обсуждения между игроками, которыми по той или иной причине хочется поделиться с другими участниками форума - все это можно найти здесь.

0

2

Немного юмора. :)

Кайриэнская леди любовнику:
- Я вас должна предупредить, что мой муж вернется с минуты на минуту.
Тот отвечает:
- Но я не делаю ничего предосудительного!
- Вот именно. А время идет.

Биливере Сайган говорит Алвину Сайгану:
- Алвин, я уже голову сломала! У одних свадьба, у других похороны. Всё в один день. Что выбираем?
- Похороны, - отвечает Алвин.
- Почему?
- Всё то же самое, только без подарков.

Биливере спрашивает брата:
- Алвин! Почему ты перестал играть в карты?
- А ты играла бы с человеком, который все время жульничает?
- Конечно, нет!
- Ну вот, и они не хотят.

Алвин говорит сестре:
– Биливере, приходи ко мне на чай.
– Почему бы нет!
– Ну нет – так нет.

– Леди Биливере, говорят, вы большая интриганка?
– Да, а кто это ценит!

- Леди Биливере, вы пишете стихи?
- Нет.
- А на арфе играете?
- Да.
- Что, да?
- Тоже нет.

Каралин Дайлин приезжает в Кайриэн, подходит к горожанину.
– Скажите, если я пойду по этой улице, там будет Королевская Библиотека?
– Знаете, она там будет, даже если вы туда не пойдете!

– Лорд Алвин, что это у вас под глазом синяк?
– А пусть не лезут!

Кайриэнская аристократка:
– Откуда я знаю, что я подумаю, пока не услышу, что я скажу.

В кабак заходит Алвин Сайган.
- Это лорд Сайган, сейчас будет драка,- говорит один из посетителей.
Алвин спокойно выпивает вино и идет дальше по делам.
- Нет, -  возражает второй посетитель, - это не Сайган.
- Нет, Сайган! - кричит первый.
И тут начинается драка.

Добрая кайриэнская девушка всегда покупает живую рыбу и выпускает ее на свободу. В лес.

+1

3

И снова анекдоты:

Дийне Астриэль заходит в книжную лавку и обращается к хозяину, читающему
одну из книг:
- У вас есть труды по правам женщин?
Хозяин лавки, не отрываясь от книги:
- Сказки в другой комнате.

Весь день девицы из веселого дома прихорашивались.
Делали красивые прически, красили губы, румянили щеки.
Дуры-дуры!
Они и не подозревали, что лорд Сайган и его друзья уже выпили вина и полирнули ромом.

Приходит Алвин Сайган в Библиотеку Белой Башни. Бродит среди полок, смотрит на книги. Каралин Дайлин решается ему помочь:
- Вы что-то хотели?
Тот поднимает на нее мутный взгляд:
- Да, опохмелиться и закусить.

Доведенная до белого каления разговорами в Библиотеке одна из Коричневых сестер говорит Каралин и Дийне:
- Тише вы! У нас в зале не беседуют!
- А что у вас делают? – хихикая спрашивают они.

Один лакей спрашивает другого:
- Ты когда-нибудь говорил леди Биливере, что о ней думаешь?
- Да! Хочешь, шрам покажу?

Леди Иллайн мужу:
- Эйлан, я беременна от тебя.
- Как? Мы же даже не спали!
- Я сама в шоке!

Леди Биливере обращается к брату:
- Алвин, мне нужен твой совет, как мужчины.
- Давай.
- Поняла, спасибо.

Леди Биливере и лорд Алвин были не в духе. Раздраженные, они сидели у камина и пили вино. В поместье нависла тревожная тишина. И тут, чтобы разрядить обстановку, в центр зала выскочил Тагери и весело пошутил… Все долго смеялись, а труп закопали на заднем дворе.

Эйлан Тородред отцу:
- И не важно, что на церемонии она сказала "Кровь и треклятый пепел! " - важно, что первым словом было "Да".

Отредактировано Алвин Сайган (2013-09-11 12:42:01)

+2

4

Я решил все же выложить немного цитат из первоисточника. Может, для кого-то это окажется полезным. Цитаты приводятся просто к сведению, не надо буквально им следовать при отыгрышах. Имхо, у нас получается интереснее, чем у Джордана. Всё-таки наши события и события книги разделяет почти 700 лет.

О Лудильщиках

Илайас шагал уверенно, словно знал, куда идти, и в глубине леска, меж дубов и ясеней, показались фургоны Лудильщиков. Как и любой в Эмондовом Лугу, Перрин много слышал о Лудильщиках, хоть никогда и не видел никого из них, и лагерь оказался точно таким, каким он и ожидал его увидеть. Фургоны представляли собой небольшие дома на колесах: высокие деревянные сундуки, покрытые лаком и раскрашенные в яркие цвета — красные, синие, желтые, зеленые, различные их оттенки, названия которых Перрин не знал. Странствующий Народ занимался делами, которые оказались разочаровывающе обыденными: кто готовил еду, кто шил, кто возился с детьми, кто чинил упряжь, но у всех одежда оказалась еще более многоцветной, чем их фургоны, — и на первый взгляд выбранной наугад; иногда от сочетания расцветок куртки и штанов или платья и шали у Перрина рябило в глазах. Лудильщики напоминали ему бабочек на лугу с яркими полевыми цветами.

Четыре или пять человек в разных концах лагеря играли на скрипках или флейтах, и немногие танцующие кружились рядом с ними, будто колибри всех цветов радуги. Среди костров бегали и играли дети и собаки. Собаки были мастиффами, точно такими же, что встретили путников, но дети дергали их за уши и таскали за хвосты, карабкались им на спины, а здоровенные псы спокойно сносили подобное обращение. Трое мастиффов, идущих рядом с Илайасом, свесив языки, глядели на бородача как на лучшего друга. Перрин покачал головой. Все равно в них хватало роста, чтобы достать человеку до горла, просто оторвав свои передние лапы от земли.

Внезапно музыка оборвалась, и Перрин понял, что все Лудильщики глядят на Илайаса и его спутников. Даже дети и собаки стояли тихо и смотрели настороженно, будто готовые тут же сорваться с места и убежать.

Минуту вообще не слышалось ни звука, а затем вперед выступил седоволосый, жилистый, невысокого роста мужчина и степенно поклонился Илайасу. Мужчина был одет в красную куртку с высоким воротником-стойкой и мешковатые ярко-зеленые штаны, заправленные в высокие, до колен сапоги.

— Добро пожаловать к нашим кострам! Известна ли вам песня?

Илайас поклонился ему столь же церемонно, приложив обе руки к груди:

— Ваш радушный прием, Махди, согревает душу, как ваши костры согревают тело, но я не знаю песни.

— Тогда мы по-прежнему ищем, — нараспев произнес седоголовый. — Как было, так и будет, если только мы помним, ищем и находим. — Он с улыбкой повел рукой в сторону костров, и в голосе его зазвучало радостное, приветливое оживление. — Ужин почти готов. Пожалуйста, присоединяйтесь к трапезе!

Словно по сигналу, вновь заиграла музыка, детвора опять затеяла веселую беготню и возню с собаками. Все в лагере вернулись к прерванному делу, словно бы вновь пришедшие были давнишними друзьями Лудильщиков. Однако седоволосый взглянул на Илайаса и, поколебавшись, спросил:

— А ваши... другие друзья? Они не придут? А то бедные собачки так пугаются.

— Они не придут, Раин. — Илайас качнул головой с едва заметным оттенком презрения. — Пора бы тебе это понять.

Седоволосый развел руками, словно сетуя, что ни в чем нельзя быть уверенным. Когда он повернулся, чтобы отвести гостей в лагерь, Эгвейн спешилась и подошла ближе к Илайасу.

— Вы — друзья?

Чтобы отвести Белу, появился улыбающийся Лудильщик;

Эгвейн с видимой неохотой отдала ему уздечку, и то после кривой усмешки Илайаса.

— Мы знаем друг друга, — коротко ответил одетый в шкуры мужчина.

— Его имя — Махди? — спросил Перрин.

Илайас что-то проворчал шепотом.

— Его зовут Раин. Махди — это нечто вроде звания. Ищущий. Он предводитель их отряда. Если так для вашего слуха необычно, можете называть его Ищущим. Ему все равно.

— А что это было о песне? — спросила Эгвейн.

— Это то, из-за чего они странствуют, — сказал Илайас, — или же так они говорят. Они ищут песню. Именно ее разыскивает Махди. Они утверждают, что при Разломе Мира утеряли ее, и если им удастся найти ее, вернется рай Эпохи Легенд. — Он обежал взглядом лагерь и хмыкнул. — Они даже не знают, какую ищут песню; заявляют, что когда отыщут ее, то узнают. Они не ведают, каким образом она, как предполагается, принесет рай, но они верят в это уже почти три тысячи лет, с самого Разлома. Полагаю, искать они будут, пока Колесо не перестанет вертеться.

("Око Мира", глава 25. Странствующий народ)

и еще

Молодые и старые, эти люди лучились радостью изначальной. В их движениях не чувствовалось никакой воинственности, одно только удовольствие. Дети, разумеется, стремглав бегали вокруг, в них ключом била энергия, неподдельная полнота жизни и движений, но у Туата'ан и бабушки, и седобородые старики ступали легко, их походка была столь же преисполнена достоинства, как и величественный танец. Казалось, весь Народ готов в любой момент пуститься в пляс, даже когда они стояли на месте, даже в те редкие минуты, когда в лагере не звучала музыка. Чуть ли не в любой час, на стоянке или при движении, вокруг фургонов плели мелодию скрипки и флейты, цимбалы, цитры и барабаны — то подыгрывая друг другу, то играя сами по себе. Радостные песни, веселые песни, смешные песни, печальные песни; если в лагере кто-то не спал, то обязательно звучала музыка.

У каждого фургона, проходящего мимо повозок, Илайаса встречали дружеские кивки и улыбки, у любого костра, возле которого он останавливался, — веселое слово. Таким должен был быть облик Народа, всегда демонстрируемый чужакам, — открытые, улыбающиеся лица. Но Перрин подметил, что под такой внешностью кроется осторожность полуприрученного оленя. За улыбками, адресованными жителям Эмондова Луга, глубоко таилось нечто, нечто, стремящееся понять, в безопасности ли они сами, нечто, чуть сгладившееся за прошедшие дни. В присутствии Илайаса настороженность была сильнее, она висела в жарком воздухе, словно густое летнее марево, и не исчезала. Порой, незаметно для него, они в открытую следили за ним, будто неуверенные в том, чего от него ожидать. Когда Илайас шел по лагерю, ноги, готовые танцевать, казалось, были готовы броситься бежать.

("Око Мира", глава 27. Убежище от грозы)

Это только пара кусков, потому что про лудильщиков там немного больше. Не настолько много, чтобы пришлось долго читать, но слишком много, если выкладывать сюда. Кому интересно читайте:
1) начиная с этого места и до конца 25 главы (там пара страниц всего)
2) начиная с этого места до конца 27 главы (страницы четыре).

0

5

Погребальный обряд в Белой Башне

Морейн уже собралась было идти к Мериан просить о епитимье, но Наставница Послушниц могла дать такую задачу, которая надолго задержит ее в Тар Валоне. Осознание этого, только усугубило чувство вины. Тогда Морейн сама назначила себе наказание. Лишь одно ее платье было по цвету близко к траурному белому – настолько светлое, что казалось скорее белым, чуть тронутым голубизной, – и Морейн решила надеть его на похороны Тамры. …

– Ты уверена, что хочешь его носить? – произнесла Суан сдавленным голосом. В волосы она вплела длинные белые ленты, и такие же ленты, только длиннее, обвивали ее руки. Все проходящие мимо сестры носили схожие ленты. Айз Седай никогда не надевают полного траура, кроме Белых, – но те не считают белый цвет траурным. …

Все находившиеся сейчас в Башне сестры, надев шали, собрались на уединенной поляне в лесистой части парка при Башне, где на погребальных носилках, зашитое в простой голубой саван, лежало тело Тамры. Утренний воздух был очень свежим – Морейн чувствовала его, но больше не испытывала желания ежиться. Окружавшие поляну дубы все так же стояли без листьев под серым небом, и их толстые кривые ветви вполне подходили для обрамления похорон. Одеяние Морейн привлекало удивленные взгляды, но неодобрение сестер было частью наложенной ею на себя епитимьи. Наказание Смиреним Духа всегда переносится тяжелее всего. Как ни странно, все Белые носили блестящие черные ленты, однако подобное, должно быть, в обычае их Айя, поскольку не вызвало нахмуренных бровей или неодобрительных взглядов других сестер. Наверняка, они уже видели такую картину прежде. Желающие могли произнести молитву или сказать несколько слов в память усопшей, и большинство воспользовалось этим правом. Из Красных говорили только Восседающие, ограничившиеся несколькими словами, но, возможно, это тоже было обычаем.
Морейн заставила себя выйти вперед и встать возле носилок, приспустив шаль так, чтобы платье было хорошо видно, хотя и понимала, что на нее сейчас направлены все взгляды. Вынести это было труднее всего.
– Да осияет Свет душу Тамры так ярко, как она этого заслуживает, и да укроет ее рука Создателя до ее возрождения! Да ниспошлет ей Свет лучезарное возрождение! Я не могу назвать женщины, которой восхищалась бы больше, чем Тамрой. Я восхищаюсь ею и чту ее. И всегда буду восхищаться и почитать ее. – Слезы набежали Морейн на глаза, и вовсе не от унижения, пронзавшего ее острыми шипами. Она никогда по-настоящему не знала Тамру – послушницы и Принятые не знали по-настоящему даже сестер, не то что Престол Амерлин, – но, о Свет, как ей будет не хватать Тамры!
Согласно желанию Тамры, тело ее было предано прядям Огня, а пепел развеян вокруг Белой Башни сестрами той Айя, из которой она возвысилась, Айя, к которой она вернулась в смерти. Морейн была не единственной, кто не сдерживал слез. Присущее Айз Седай спокойствие не способно уберечь их от горя.

(«Новая весна» Глава 14. Перемены)

0

6

Про себя, любимого. Хотел запостить видео, но не нашел нужный отрывок. Думаю, и так все поймут.)

Встречает как-то раз Тагери другого барда, а тот ему и говорит:
- Ооо! Тагери Королек, я ваш фанат!
- Спасибо! - жмет руку. - Я тоже, тоже свой фанат!

+1

7

Мой любимый отрывок из "Новой Весны". Про нас, любимых Стражей, разумеется )))

Про Стражей

Еще одним отличием здесь было количество мужчин. Не обычных мужчин, разумеется. Стражей. Высокие или приземистые, плотные или худощавые – один был даже весьма дородным, они двигались подобно львам или леопардам. Никто из них не носил характерного плаща внутри Башни, но внимательному взгляду плащи не требовались. Стражей можно было встретить в помещениях всех Айя, кроме Красной, но большинство жило в казармах гвардейцев или даже в самом городе. А Стражи Зеленых зачастую жили в одних апартаментах с сестрами!

Зеленоглазый Страж, восполнявший толщиной недостаток роста, взглянул на Морейн, когда быстрым шагом, словно торопясь по поручению, проходил мимо. Трое других, стоявших вместе, при ее приближении умолкли, их тихий разговор возобновился, лишь когда она отошла от них подальше. Один из них носил серебряные колокольчики, вплетенные в темные косички на арафельский манер, у другого были густые тарабонские усы, а третий отличался смуглостью – скорее всего, он был из Тира или с юга Алтары. Однако, не считая грациозности движений, еще одно объединяло их друг с другом, – и с тем толстяком, и со всеми мужчинами, которых здесь можно увидеть. Однажды, охотясь вместе с кузинами, Морейн заглянула в глаза хохлатому орлу с кольцом черных перьев вокруг шеи. Встретить взгляд Стража было чем-то в этом роде. Не яростный, но исполненный уверенности в себе, совершенного осознания своих возможностей, своей способности к насилию.

И тем не менее эта способность к насилию была обуздана, взята под контроль их собственной волей и узами, связывавшими Стража с Айз Седай. Здесь, в Башне, они жили обычной повседневной жизнью. Высокий худощавый шайнарец с выбритой головой и пучком волос на макушке, прислонился к стене, опираясь на нее одной ногой, настраивал скрипку и не обращал внимания на добродушное подтрунивание другого Стража, говорившего, что его музыка, мол, напоминает вопли мокрой кошки, запутавшейся в силках. Двое других, скинув куртки, вели в широком боковом коридоре тренировочный бой на деревянных мечах, и каждый стремительный удар сопровождался глухим стуком.

Рина Хафден, чье квадратное лицо каким-то образом казалось симпатичным, а дородная фигура – изящной, подбадривала бойцов широкой улыбкой и восклицаниями: «Хороший удар, Уэйлин! Вот это удар, Илайас!» Судя по росту и фигуре, тренирующиеся могли бы быть близнецами, хотя один был темноволосым и чисто выбритым, а другой – белокурым и с короткой бородкой. Ухмыляясь, они двигались все быстрее и быстрее. Их пропитанные потом рубашки прилипли к широким плечам и спинам, однако оба выглядели свежими и совершенно не уставшими.

В открытую дверь Морейн увидела круглолицего Стража, который играл на флейте торжественную мелодию, в то время как седовласая Джала Бандевин, женщина величественная, если не считать того, что была она почти на ладонь ниже Морейн, пыталась научить своего нового Стража первым па придворного танца. Это, несомненно, был новенький: краснеющий, светловолосый мальчик не старше двадцати лет, – однако ни один мужчина не становился Стражем, если уже не обладал всеми необходимыми умениями. Не считая разве что умения танцевать.

и еще про них же

Двое из Стражей Керене находились в гостиной вместе с ней. Массивный Карайл, кому волосы и борода придавали вид золотогривого льва, сидел перед камином с книгой в руках, его сапоги покоились на узорной медной решетке, а над чашечкой его длинной трубки поднимался завиток голубоватого дыма. Степин, похожий скорее на писца, чем на Стража, узкоплечий, с печальными карими глазами, сидел на табурете, наигрывая на двенадцатиструнном биттерне веселую джигу, его пальцы летали по струнам с не меньшим искусством, чем у наемного музыканта. С появлением Принятой ни один из мужчин не прервал своего занятия.
...
Что бы ни написала Тамра, письмо Керене прочитала быстро; в ее лице ничего не изменилось, но не успела она еще дочитать до конца, как Степин прислонил биттерн к небольшому столику у стены и принялся застегиватся. Карайл положил книгу на полку, выбил остатки табака из трубки в камин и засунул ее в объемистый карман куртки. Больше ничего не произошло, но было очевидно, что они ждут приказаний и готовы действовать. Несмотря на печальные глаза, Степин больше не походил на писца. Они оба напоминали леопардов, ожидающих команды начать охоту.

+1

8

Иногда мне кажется, что кольцо Айз Седай - это все равно, что значок полицейского. У меня тоже созрела парочка анекдотов. Не про полицию, конечно, но Айз Седай там есть (даже если её не видно  http://www.kolobok.us/smiles/standart/mosking.gif )

* * *
Меряются Алвин Сайган и Джарид Энар Флинн клинками:
- У меня - с цаплей!
- А у меня - длиннее!

* * *
Тарна Седай и её Страж Джарид поселились в кайриэнской гостинице. Тарна в гневе отчитывает Стража:
- Хватит быть таким подозрительным! Тут на милю вокруг нет никого, кто решился бы на нас напасть.
Страж:
- Это же кайриэнцы! Они могут придумать какую-нибудь еще гадость, например, попытаются отравить тебя. Поэтому с сегодняшнего дня я буду пробовать всю еду, которую тебе приносят. Особенно вон те замечательные пирожки с вареньем. Их я, пожалуй, съем все - мало ли, как они дозу рассчитали.

+1

9

Решил выложить пару цитат про то, что сопутствует таким крупным мероприятиям, как Охота за Рогом.

"Уж не обижайтесь, милорд. Были тут у нас двое, щеголи такие, ну вылитые герои — о вас, милорд, и речи нет, вы совсем другого сорта, — да, в прошлом месяце. Здесь не так много путников бывает, ну, не считая тех, кто приезжает из столицы овса закупить, ячменя. Не думаю, что Охота еще успела Иллиан покинуть, но вдруг кое-кто смекнул, что ему-то благословение вовсе незачем и лучше других обставить, чем на это время тратить."


"Или это один из тех, кто никогда и в Иллиане не появлялся? Ему ни за что не попасть в сказания, если у него нет благословения, что бы он ни совершил."


"Не знаю, что вы нашли, но готов проводить к десятку таверн, где ловкий малый поведает вам, будто он знает одного человека, который знает того, кто уже отыскал Рог, и поделится тем, как Рог нашли, — лишь бы вы ему эля покупали побольше. Могу проводить к трем ловкачам, которые вам рог продадут и которые поклянутся своими душами пред Светом, что он — подлинный и настоящий. В городе даже лорд отыщется, который заявляет, будто Рог находится под замком в его поместье. Он утверждает, что это сокровище передается в его Доме по наследству с самого Разлома. Не знаю, найдут ли когда Охотники Рог, но выдумок и обманов на всем пути они отыщут тысячи, десятки тысяч."


Все цитаты из книги "Великая Охота"

0

10

Как-то одна Айз Седай предсказала, что леди Биливере умрет, уколов веретеном палец. Алвин решил спасти сестру и от греха подальше отрезал ей все пальцы.

Джак Хэймлиш перед тем как прыгнуть в Путевые Врата уступает Джариду дорогу и говорит:
- Иди первый и не беспокойся - я за тебя отомщу!

- Дийне Седай, почему вы своему песику дали такое странное имя - Козёл?
- А мне нравится звать его на улице и наблюдать, как все мужики оборачиваются!

Лорд Сайган говорит любовнице:
- Селанда, ты меня не так поняла!
- Это я тебя не так поняла?! Я прекрасно все поняла! Ты обращаешься со мной, как с собакой: подойди, повернись, нагнись, уходи.
- Селанда, ты ошибаешься!
- Что, это я ошибаюсь?! Вот сейчас как возьму палку!
- Селанда, фу!

Эленир Мирадред в мясной лавке.
- Что желаете, госпожа?
- Вырежьте мне, пожалуйста, кусочек мяса, чтобы он гармонировал с синими и зелеными цветочками на моих тарелках.

Дийне Астриэль пьет чай с Люком Тейниром.
- Я обожаю природу, - говорит тот.
Дийне внимательно посмотрела на менестреля и язвительно заметила:
- И это после того, что она с тобой сделала?

Биливере делится с Алвином:
- В прошлом году я была влюблена в Эмона. А сейчас смотреть на него не могу. Ну до чего же вы, мужчины, непостоянны!

Эйлан приходит домой. Его встречает Иллайн с плакатом: "Я с тобой не разговариваю!!!"
Эйлан пожимает плечами и идет в кузницу. Через полчаса работы между ним и наковальней появляется Иллайн с другим плакатом: "А знаешь, почему?!"

Алвин прогуливается под руку с молодой аристократкой:
- Леди, почему Вы молчите?
- Хочу и молчу, милорд.
- Хотите и молчите?!

Леди Иллайн мужу:
- Доpогой, я сделаю тебя сейчас очень счастливым!
Эйлан:
- Мне будет тебя очень не хватать!

Отредактировано Алвин Сайган (2013-09-28 23:57:44)

+3

11

Нашел кое-что интересное (в англоязычной викии по миру): карта г. Кайриэна, вид на город с окраины.
Знатная кайриэнская леди
Кайриэнский офицер
Опять же кайриэнский офицер, но без шлема

Возможно, текстом будет понятнее...

Хотя у игроков не было на виду оружия и доспехов они не носили, а только простые куртки и бриджи темно-синего цвета, что-то в их манере держать себя подсказало Ранду, что это — солдаты. Ранд обратил взгляд на сидевшего в одиночестве мужчину. Офицер, высокие сапоги с отворотами, меч прислонен к столу возле стула. Грудь синего офицерского кафтана от плеча до плеча пересекал один разрез красного цвета и еще один, желтого; голова спереди была чисто выбрита, а сзади свисали длинные черные волосы. Солдатские прически были короткими, будто их всех стригли под один и тот же горшок. Все семеро повернулись к вошедшим — к Ранду и его спутникам.

Офицер подошел к столу Ранда и поклонился, рука — у сердца; выбритое темя с виду было присыпано чем-то вроде белой пудры.

У коновязи стоял Капитан Калдеввин с другим офицером помоложе и с пятьюдесятью конными солдатами, запрудившими улицу. Головы двух офицеров были не покрыты, но на руках — латные перчатки, а поверх голубых кафтанов надеты стянутые ремнями кирасы с золотой насечкой. К амуниции за спиной офицеров были прикреплены короткие древки с маленькими жесткими голубыми знаменами над головой. На знамени Калдеввина белела одинокая звезда, а у молодого офицера поле было пересечено двумя косыми белыми полосами. Оба офицера выделялись среди солдат в простых доспехах и шлемах. Солдатские шлемы смахивали на колокола, у которых вырезана часть спереди, чтобы открыть лица.

"Великая Охота", глава  21

И - внезапно! - руны Древнего Наречия ))

Отредактировано Джарид Энар Флинн (2013-09-30 02:37:04)

0

12

Решил все же выложить ссылки на главы из книг "Колеса" где описываются испытания на ступени Принятой и Айз Седай. Будет полезно для Айз Седай, хотя текста там много (каждое испытание описывается аж целую главу). Зато наглядно дается понять, через что приходится проходить женщинам, чтобы стать полноправными Айз Седай. Ну и может кому-то при упоминаниях в отыгрыше пригодится.

Испытание на получение кольца и звания Принятой:
Испытание Найнив ("Великая Охота", глава 23)
Испытание Эгвейн ("Возрожденный Дракон", глава 22)

Испытание на получение шали и звания Айз Седай:
Испытание Морейн ("Новая весна", глава 9 и начало главы 10)
Кстати, дальше в 11 главе описаны церемонии и традиции, связанные с принятием новопосвященных Айз Седай в выбранную ими Айя (про пирожки, пение под дверьми и хождение по Башне "облеченной в Свет", ага  http://www.kolobok.us/smiles/standart/grin.gif )

Еще немного про Айз Седай и Стражей :)

— Лан, ты помнишь, как мы впервые встретились?

Она внимательно наблюдала, стараясь не упустить ничего, — иначе не увидела бы, как быстро дернулась у него бровь. Нечасто ей удавалось застать его врасплох. Этой темы ни один из них не касался; как она помнила, почти двадцать лет назад она заявила ему — со всей непреклонной гордыней той, кто останется всегда молодой, чтобы называться молодой, — что никогда не заговорит больше об этом, и ожидала того же молчания от него.

— Я помню, — все, что он сказал.

— И по-прежнему никаких извинений? Ты же бросил меня в пруд. — Она не улыбнулась, хотя сейчас и могла почувствовать юмор той ситуации. — Я промокла до нитки, а ту погоду вы, Порубежники, называете весной. Тогда я замерзла почти до костей.

— И я припоминаю, что развел костер и развесил одеяла, чтобы ты согрелась в уединении. — Он поворошил горящие поленья и повесил кочергу обратно на крюк. В Пограничных Землях даже летние ночи холодны. — Я также помню, что той ночью ты выплеснула на меня, спящего, половину того пруда. Нам обоим тогда пришлось бы меньше дрожать от холода, если б ты прямо сказала, что ты — Айз Седай, а не взялась бы это демонстрировать. Не стала бы пытаться разлучить меня с моим мечом. Не лучший способ знакомства с воином в Пограничье, даже для молодой женщины.

— Я была молодой и одна, а ты был такой же большой, как и теперь, а твоя неистовость — ничем не скрытой. Я не хотела, чтобы ты знал, что я — Айз Седай. В то время мне казалось, что ты ответишь на мои вопросы более свободно, если останешься в неведении. — Она помолчала недолго, годы, минувшие с той встречи, пронеслись перед ее мысленным взором. Хорошо оказалось найти товарища, разделившего с нею все нелегкие труды и тяготы. — В последующие недели ты не думал, что я попрошу тебя соединиться со мною узами? Для себя-то я в первый же день решила, что ты — именно тот, кто нужен.

— И не предполагал, — сухо сказал он. — Я был слишком занят — меня не оставляла в покое мысль, сумею ли я сопроводить тебя в Чачин и уберечь в целости шкуру. На каждую ночь ты припасала для меня всякие сюрпризы. Тех муравьев я надолго запомнил. По-моему, за ту поездку я и одной ночи как следует не выспался.

Она позволила себе легко улыбнуться, вспоминая.

("Великая Охота", глава 22)

Отредактировано Джарид Энар Флинн (2013-10-05 20:55:41)

0

13

Потомок Эйлана Тородреда:
- Дед у меня здоровый был — подковы гнул, гвозди в узел закручивал, веники ломал... В общем, вредил, как мог.

Биливере сетует брату, глядя на труп слуги:
- Он пришел сообщить мне две новости: плохую и хорошую. Хорошую не успел.

Леди Иллайн спрашивают:
- Так зачем Вы избили своего мужа?
- Да не била, я его… просто пыталась до него достучаться…

Скромные, вежливые и внимательные к другим кайриэнцы живут незаметно и пользуются кинжалом и ядом.

Сторож поймал Тагери, который воровал яблоки.
— Негодник! – кричит сторож, - я тебя научу, как воровать!
— Научите дяденька, а то меня уже третий раз ловят...

Тарна Седай и Джарид спрашивают Алвина Сайгана:
— Вы узнаете этот нож?
— Конечно.
— Значит, узнаете...
— Как же мне его не узнать, если вы показываете его каждый день уже третью неделю!

Дартрейн Тородред говорит принцу:
— Не пора ли тебе заняться делом, сынок?
— Не надо учить меня жить, я и так давно уже думаю о деле!
— Нет, сынок! Дело это не то, что ты думаешь, дело это то, что ты делаешь.

Учитель лорду Сайгану:
— Вы знаете, ваш сын... Нет, он хороший мальчик... Но уж больно много неприличных песенок знает.
Лорд Сайган:
— Он их что, поет?! 
Учитель:
— Нет, насвистывает.

+2

14

"Она изо всех сил старалась не свернуть себе шею, стараясь заметить реакции обоих мужчин" - Тарна.
Ох, за кайриэнцами и их гостями порой так смешно наблюдать. ))

0

15

Еще один из моих любимых эпизодов из "Колеса" - когда Ранд со спутниками проходит через Портальный камень и вспоминает жизни, которые прожил в других воплощениях.

"Великая Охота", глава 37

... Тэм как мог утешал Ранда, когда Эгвейн после недолгой болезни умерла всего за неделю до свадьбы. Найнив тоже старалась утешить юношу, но она сама была потрясена, так как со всем своим искусством не имела никакого представления, что же погубило девушку. Все время, пока Эгвейн умирала, Ранд сидел у ее дома, и во всем Эмондовом Лугу не было места, куда мог он спрятаться и не слышать ее криков. Он понял, что оставаться здесь ему больше не под силу. Тэм дал Ранду меч с клинком, отмеченным знаком цапли, и хотя и не объяснил, как к двуреченскому пастуху попала такая вещь, но научил Ранда обращаться с ним. В день расставания Тэм вручил Ранду письмо, которое, как он сказал, поможет Ранду вступить в армию Иллиана, обнял юношу и сказал: «У меня никогда не было другого сына, и я не хотел другого. Если сможешь, возвращайся с женой, как я, мальчик, но так или иначе — возвращайся».
Правда, деньги у Ранда стащили в Байрлоне, как и рекомендательное письмо, и чуть не украли и меч, а еще юноша встретил женщину по имени Мин, которая рассказывала ему такие дикие, просто безумные вещи о нем самом, что он счел за благо в конце концов оставить город, лишь бы сбежать от нее. Со временем скитания привели его в Кэймлин, и там искусство владения мечом открыло ему дорогу в Гвардию Королевы. Иногда он ловил себя на том, что заглядывается на Дочь-Наследницу, Илэйн, и в такие моменты в голове у него начинали бродить странные мысли: что, мол, совсем не так все должно быть, что в его жизни должно быть нечто большее. Илэйн на него, естественно, и не смотрела; она вышла замуж за, принца из Тира, но брак этот не выглядел счастливым. Ранд же был всего-навсего солдатом, бывшим пастухом из маленькой деревеньки далеко-далеко к западной границе, и только линия на карте, и не более, связывала эту деревню с Андором. Кроме того, у Ранда была недобрая слава, он прослыл человеком, подверженным приступам буйства.
Кое-кто поговаривал, будто он безумец, и в обычные времена даже умелое владение мечом, вероятно, не сохранило бы Ранду место в Гвардии, вот только времена не были обычными. Как сорняки, возникали Лжедраконы. Каждый раз, как только разделывались с одним, появлялись двое, а то и трое новых и провозглашали себя Драконами, и вскоре все государства оказались разодраны войнами. И взошла тогда Рандова звезда, так как он разгадал секрет своего безумия, секрет, который — он понимал это — должен хранить и хранил в тайне от всех. Он мог направлять. В битве всегда найдется место и время, когда немного направить — не так много, чтобы заметили в неразберихе боя, — и можешь ухватить удачу за хвост. Иногда срабатывали эти попытки направлять, иногда — нет, но частенько все получалось. Он знал, что он безумец, и ему было наплевать на свое безумие. Изнуряющая болезнь накинулась на него, но и на это ему тоже было наплевать, впрочем, как и любому другому, поскольку пришло известие, что вернулись армии Артура Ястребиное Крыло, дабы потребовать обратно земли предка.
Тысячу человек вел Ранд, когда Гвардия Королевы перевалила Горы Тумана, — ему и в голову не пришло завернуть навестить Двуречье; он вообще редко вспоминал о Двуречье, — а когда разбитые остатки армии отступали обратно за горы, он командовал уже всей Гвардией. Через весь Андор прошел он, сражаясь и отступая, среди орд спасающихся от нашествия беженцев, пока наконец не оказался у стен Кэймлина. Многие горожане уже бежали из Кэймлина, многие советовали армии отступать дальше, но теперь Королевой была Илэйн, и она поклялась, что не оставит Кэймлина. Она и смотреть бы не стала на обезображенное шрамами и болезнью лицо Ранда, но он не мог бросить ее. И так Гвардейцы Королевы остались и стали готовиться защищать Королеву, в то время как народ ее бежал.
В битве за Кэймлин Сила снизошла на Ранда, и он швырял молнии и огонь в захватчиков, раскалывал землю под их ногами, однако вновь на него нахлынуло ощущение, что рожден он был для чего-то иного. Что бы он ни делал, но остановить врага не мог. Слишком многочислен был враг, и у него тоже были те, кто мог направлять. И вот стрела молнии сбила Ранда с дворцовой стены, изломанного, истекающего кровью, обожженного, а когда последний вздох хрипом вырвался из горла, он услышал шепчущий голос: «Я опять победил, Льюс Тэрин».

... Он был солдат. Он был пастух. Он был нищий. И король. Он был фермер, менестрель, матрос, плотник. Он был рожден, жил и умер Айилом. Он умирал безумным, он умирал, сгнивая заживо, он умирал от хворобы, от несчастного случая, от старости. Его казнили, и толпы радостными воплями приветствовали его смерть. Он провозглашал себя Возрожденным Драконом и вздымал свой стяг к небесам; он бежал от Силы и прятался; он жил и умирал в неведении. Он не подпускал безумие и болезнь многие годы; он и двух зим не протягивал. Иногда приходила Морейн и забирала его из Двуречья, одного или с теми из друзей, кто пережил Ночь Зимы; иногда она не появлялась. Иногда за ним приходили другие Айз Седай. Иногда — из Красной Айя. Эгвейн выходила за него замуж; Эгвейн, с суровым лицом, в палантине Престола Амерлин, вела Айз Седай, которые укрощали его; Эгвейн, со слезами на глазах, вонзала кинжал ему в сердце, и, умирая, он благодарил ее. Он любил других женщин, женился на других женщинах. Илэйн, и Мин, и белокурая дочка фермера, которую он встретил по дороге в Кэймлин, и женщины, которых он никогда не видел, пока не прожил эти жизни. Сотню жизней. Больше. Так много, что он и сосчитать был их не в силах. И в конце каждой жизни, когда он лежал при смерти, когда испускал последний вздох, в ухо ему шептал голос: «Я опять победил, Льюс Тэрин»...

...Когда он наклонился к Мэту, тот дернулся и уставился на него, потом обеими руками вцепился Ранду в куртку.
— Ранд, я никому не говорил о… тебе. Я не предам тебя. Верь мне!
Вид у него был хуже прежнего, но Ранд подумал, что так кажется в основном потому, что Мэт испуган.
— Верю, — сказал Ранд. Что же за жизнь довелось прожить Мэту, что же сделал он? Должно быть, он кому-то рассказал, иначе не тревожился бы из-за этого так сильно. Ранд не мог таить на него зла. То был другой Мэт, не этот. Кроме того, после некоторых альтернатив, что он увидел для себя… — Я верю тебе. Как ты, Перрин?
Курчавый юноша со вздохом отнял руки от лица. На лбу и щеках, где в кожу вонзились ногти, остались алые отметины. Желтые глаза скрывали его мысли.
— На самом-то деле выбор у нас небогатый, правда, Ранд? Что бы ни случилось, что бы мы ни делали, почти всегда что-то остается неизменным.

Это наводит меня на кое-какие мысли касательно нашей игры. Потом как-нибудь напишу в обсуждениях.

0

16

"Одно радовало - девицы носили белое, так что были еще не совсем ведьмами. Хотя, по их действиям и не скажешь."
Вообще, Кристера можно на цитаты растаскивать )))

0

17

И вновь от Криса: "Истинная Айз Седай - воспользовалась же тем, что он был без сознания."
А ловец воров неплохо изучил их за время, проведенное в Башне XD

0

18

Занятная фраза:
"а я почти всю первую книгу читал "тролололоки" , прежде чем прочитал внимательнее"(с)

+1

19

Из скайпа - "Карочка теперь не такая милая и добрая да и Крис теперь уже ее личная собственность".
Интересно, а Крис в курсе? )))

0

20

Злодей ты)) зато у Криса есть зефирки и я))воть

0


Вы здесь » Колесо Времени: Пути Узора » Музей » Цитатник


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC